Статья опубликована в № 4308 от 24.04.2017 под заголовком: Резервное правило

Минфин вернулся к жесткому бюджетному правилу

Это усилит его позиции в борьбе с лоббистами и при защите резервов
  • Александра Прокопенко,
  • Елизавета Базанова
  • / Ведомости

Замораживание бюджетных расходов в номинальном выражении отменяется – определять их уже с 2018 г. будет новое бюджетное правило, следует из проекта поправок Минфина в Бюджетный кодекс («Ведомости» ознакомились с ними). Полностью оно заработает с 2019 г., планирует Минфин. Развилок по бюджетному правилу «по большому счету нет», говорил министр экономического развития Максим Орешкин. Все исходят из того, что его нужно вводить как можно быстрее, отмечал и помощник президента Андрей Белоусов (цитата по «Интерфаксу»).

Проект поправок направлен на согласование, подтвердил представитель Минфина. Представитель Минэкономразвития не прокомментировал поправки.

Прежнее бюджетное правило определяло расходы исходя из расчетной цены нефти (в среднем за несколько лет) плюс 1% ВВП. Дополнительные нефтегазовые доходы шли в резервный фонд. Минфин успешно боролся против смягчения правила, пока цены на нефть были высокими. Но после их резкого снижения осенью 2015 г. сам предложил приостановить правило, а правительство в 2016 г. решило заморозить расходы бюджета на три года в номинальном выражении.

Нефтяная цена отсечения (нефтегазовые доходы, полученные при ее росте, направляются в резервный фонд) по новому правилу составит $40/барр. в реальном выражении, следует из законопроекта. Прежняя конструкция правила не снижала влияния волатильности нефтяных цен на бюджет, объясняет Минфин в пояснительной записке. $40 – достаточно жесткая цена, говорит руководитель Экономической экспертной группы Евсевий Гурвич, но сейчас это правильно: если бы прежние правила были жестче – больше бы накопили и не понадобилась бы бюджетная консолидация. Председатель ЦСР и бывший министр финансов Алексей Кудрин считает возможным компромисс – $45/барр., говорил он на коллегии Минфина. Силуанов ответил бывшему начальнику, что надеется на такой же жесткий подход к бюджету с его стороны, как и в период его руководства Минфином.

Траты бюджета ограничиваются формулой. Они не могут превышать сумму нефтегазовых (исходя из цены нефти $40/барр., соответствующего ей курса рубля и базовой экспортной цены на газ) и ненефтегазовых доходов, процентных расходов по госдолгу и бюджетных остатков. В 2018 г. будет действовать переходный механизм – расходы будут определяться по новой формуле, но плюс 1% ВВП. Чтобы согласовать уже действующий бюджет на 2017–2019 гг. и не сокращать расходы, объясняет Гурвич.

Чтобы сберечь накопленное, Минфин предлагает использовать резервный фонд только для компенсации недополученных нефтегазовых доходов. Сейчас можно компенсировать потери и ненефтегазовых доходов. Из-за чего конструкция стала слишком гибкой, сетует Минфин. При этом, если резервный фонд окажется менее 5% ВВП, взять из него можно будет не более 1% ВВП. Сейчас в фонде всего 1,1% ВВП, больше в нем было лишь в 2008, 2009 и 2015 гг., по данным на начало года. Минфин усиливает свои позиции, считает Гурвич, если не удастся собрать все ненефтегазовые доходы, придется увеличивать госдолг или сокращать расходы. Сейчас, например, Минфин бьется за увеличение дивидендов от госкомпаний – чтобы они отдавали акционерам 50% чистой прибыли по МСФО. Это страховка для нефтяного сектора – на него не будут повышать налоги, чтобы решить текущие проблемы, считает Наталия Орлова из Альфа-банка. Фактически Минфин говорит, что экономика должна сама себя кормить, а нефтяной сектор будет служить для пополнения резервов, рассуждает она.

Также Минфин хочет использовать средства фонда национального благосостояния (ФНБ) для пополнения резервного, следует из проекта. Сейчас это запрещено – ФНБ нельзя тратить для финансирования дефицита. Это не слияние двух фондов, говорит чиновник, но ФНБ перестает пополняться. ФНБ создавался для поддержки пенсионной системы, в кризис 2008–2009 гг. использовался для поддержки банков, а сейчас и для финансирования инфраструктурных проектов. Ликвидную часть ФНБ лучше передать в резервный фонд, считает Гурвич.

Предложения Минфина – прагматичный вариант, когда в резервном фонде осталось так мало (см. график), нужно переходить к жестким правилам, говорит Гурвич. Сейчас устойчивого бюджетного правила быть не может из-за нестабильной цены на нефть и колебаний валютного курса, категоричен зампредседателя ВЭБа Андрей Клепач: нужно переходное правило, которое должно формироваться исходя не только из цены на нефть, но и проведения структурных преобразований (его слова по ТАСС). Новая конструкция никак не связана с задачей стимулировать рост экономики, говорит Владимир Тихомиров из БКС, очевидно, что приоритетная задача – сохранение резервов.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать